sasha_bogdanov Александр Богданов Саша Богданов (sasha_bogdanov) wrote,
sasha_bogdanov Александр Богданов Саша Богданов
sasha_bogdanov

Categories:

Художественный руководитель Российских программ в ММКФ Ирина ПАВЛОВА "Виктор Аристов умер в 50, и к

Художественный руководитель Российских программ в ММКФ Ирина ПАВЛОВА

"Виктор Аристов умер в 50, и казался мне тогда ужасно старым... А сегодня понимаю, что он и сейчас не был бы совсем-то уж глубоким стариком: ему было бы всего 78... Моложе многих, кого мы стариками вовсе не считаем.

Вспомнила я про главную картину Аристова. Про "Порох". Решила рассказать - просто для того, чтоб сегодняшние "страдальцы по цензуре" знали - как убивали (но не смогли добить!) великие фильмы. Я уже много раз тут вспоминала про уничтоженный эпизод фильма "Порох" - матросы в воронке...

О том, что много лет мы - Витя, Павлов (который был редактором на этой картине вместе со Светой Пономаренко) и я - по нему убивались.

Монтажную складку фильма Виктора Аристова "Порох" (1985), перед разрезкой на кольца для озвучания, затребовали в отдел культуры Ленинградского Обкома КПСС (фильм снимался к юбилею Победы и был на особом контроле). Посмотрели, и дали 40 (!) поправок.

Режиссер Аристов и редакторы Павлов и Пономаренко побились сколько-то времени головой об стенку, потом выторговали (выплакали, выцыганили) минус 10, а еще 10 просто "замотали". Но 20 поправок было твёрдо взято на карандаш, и их выполнение проверяли звонками из обкома.

В частности, несколько эпизодов фильма было приказано не просто вырезать, но и уничтожить как их позитив, так и негативы смыть - чтобы нельзя было впоследствии восстановить.

И среди всего, чего было жаль до слёз, был совершенно шедевральный, ни на что не похожий эпизод, 3,5 минут экранного времени, по которому мы все убивались каждый раз, как о нем вспоминали. Не просто горевали, а прям криком кричали, а я даже плакала, когда они с Юркой сказали, что эпизод приказано смыть.

Расскажу, хотя бы, что это был за эпизод.

После авиаудара, попавшего прямо в штабель ящиков с порохом, был ужасающий взрыв, образовалась гигантская желтая песчаная воронка с осыпающимися краями, и в нее попАдали вперемешку убитые, раненые, разорванные на куски матросы. И воронка эта была снята с высокого крана, а на дне вперемешку - куски тел, трупы, и еще живые, извивающиеся, и на сверхобщем плане похожие на извивающихся белых червячков (матросы все были в парусиновых робах и были совсем молоденькие - призывники лет 18-19). И оттуда, со дна этой воронки, пока камера взмывала всё выше и выше, неслись мальчишеский детский плач и крики "мама!". Я, мать маленького мальчика, когда смотрела этот эпизод в черновой складке - выла как собака. И точно так же выла, когда мне сказали, что этот эпизод (они его снимали 11 часов) приказали смыть...

Витя с Юркой потом неделю ходили чёрные и пили по-черному... А я до сих пор этот эпизод просто вижу - так и стоит перед глазами...

Аристову на тот момент был 41 год. Это был его первый игровой полнометражный фильм (короткометражки и телевизионки не в счет). И это была только одна поправка из 20 выполненных.

А фильм всё равно остался шедевром. Просто потому, что тогда для настоящего режиссера - а Аристов был настоящий - не было ни одного "проходного" эпизода. Он каждый - в буквальном смысле каждый - наполнял и нагружал смыслами. И каждый новый фильм снимал как последний, на разрыв аорты. Поэтому и запас прочности у такого фильма всегда был просто невероятный".
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments